Гермиона Грейнджер, рабыня Панси Паркинсон (Полная версия)- Читать онлайн

половых губ, оттягивают её. Новый укол, ещё одно кольцо. Затем второе, третье, четвёртое на этой же губе. Он двигался методично, как портной, пришивающий блёстки к платью. Затем то же самое — с другой губой. Четыре кольца в каждой. Боль от восьми новых проколов сливалась в один сплошной, пульсирующий, унизительный огонь между её ног. Слёзы текли по её вискам и капали на кожу стола. Она лежала, полностью распятая, превращённая в украшенный, инкрустированный драгоценным металлом объект. Её самые интимные части были теперь отмечены, как скот маркируется ушными бирками.

Когда, наконец, мастер отложил инструменты, в комнате стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь её прерывистыми всхлипами.

«Всё готово, — сказал он, начиная убирать. — Можете вставать».

Гермиона медленно соскользнула со стола. Её ноги дрожали. Она не глядела вниз, боясь увидеть это золотое ожерелье, впившееся в её плоть.

Гермиона, не поднимая глаз, натянула мини-юбку. Она вышла из кабинета, прошла мимо администратора, не видя ничего перед собой, и вывалилась на улицу. Её тело было теперь не просто разрисованным — оно было прошито, продырявлено, инкрустировано золотом. И эта инкрустация горела огнём боли и стыда.

***

Пэнси встретила её не в гостиной, а в своей спальне, перед большим трюмо. Она сидела на пуфике, разглядывая свои ногти, когда Гермиона, вошла в комнату.

«Ну, покажи, — сказала она, не оборачиваясь. — Всё. Дай полюбоваться на золотой запас».

Гермиона, на грани нервного срыва, сбросила с себя топ и мини-юбку. Она стояла, опустив голову, вся в золоте: в ушах, в носу, в пупке, тяжёлые кольца в сосках, и теперь — целая гирлянда сверкающих колечек на её половых губах и одно — в самом сокровенном месте. Она была похожа на дикарскую принцессу, приготовленную для какого-то извращённого ритуала.

Пэнси медленно обернулась. Её взгляд, жадный и оценивающий, скользнул по всем новым украшениям. Он задержался на гирлянде колечек между ног, и её губы растянулись в широкой, торжествующей улыбке.

«Восхитительно, — прошептала она. — Теперь на тебе больше золота, чем даже на мне. Ты должна быть благодарна. Благодарна за такую... щедрую инкрустацию. Скажи это».

Гермиона сглотнула комок слёз. «Благодарю вас, госпожа Паркинсон», — выдавила она, и голос её был хриплым от слёз и унижения.

«Громче. Искреннее».

«Благодарю вас, госпожа Паркинсон, за... за золото. За вашу щедрость». Каждое слово было похоже на глоток яда.

«Лучше. А теперь... подойди к зеркалу. Большому».

Гермиона послушно подошла к огромному зеркалу в полный рост. В нём отражалась она — бледная, заплаканная, усыпанная металлическими кольцами и разукрашенная похабными татуировками. Рядом, в отражении, сидела Пэнси — ухоженная, холодная, довольная.

«Встань прямо. Расставь ноги. И теперь... — голос Пэнси стал тихим, властным, — трахай себя. И в задницу, и в киску. Одновременно. Используй обе руки. Я хочу видеть, как ты это делаешь. Как эти новые колечки дрожат. Как твоё тело, всё в золоте и в тату, откликается. Кончи. Кончи, глядя на то, во что ты превратилась».

Это была последняя капля. Последнее разрушение всех границ. Гермиона, глядя в зеркало на своё искажённое страданием отражение, медленно подняла руки. Одной рукой она взяла фиолетовый дилдо, всегда лежавший наготове на тумбочке.

Она смазала его и ввела в задницу. Боль смешалась с привычным чувством растяжения. Затем она коснулась пальцами своей киски, к самой нежной, теперь пронзённой металлом плоти. Прикосновение к пирсингу клитора вызвало острую, болезненную искру.

И она начала. Движения её были отчаянными, яростными. Она смотрела в зеркало. Видела своё лицо, искажённое гримасой стыда и боли. Видела ярко-красные сердечки на груди, оттянутые массивными кольцами. Видела чёрные подвязки на бёдрах. Видела ужасную татуировку на ягодице, которая теперь двигалась в такт её толчкам. Видела золотые искорки в ушах, в носу, сверкающую капельку в пупке. И видела, как ниже, между её бёдер, целая гирлянда золотых колец дрожала от её же собственных движений.

Она видела не Гермиону Грейнджер, лучшую ученицу Хогвартса, подающую надежды волшебницу. Она видела разукрашенную, раздолбанную, пронизанную металлом шлюху. Женщину, чьё тело было публичным достоянием, холстом для извращённых фантазий, украшенной клеткой для сломленного духа.

И по мере того как она смотрела, в этом отражении всё чётче проступала ужасающая правда: это была она. Не маска, не роль. Это стало её сутью. Её телом. Её реальностью.

Боль от пирсинга, физическое унижение от действий, психологический шок от созерцания собственного падения — всё это смешалось в знакомый, токсичный коктейль. Её нервная система, перегруженная до предела, сдалась. Волна конвульсивной, животной разрядки от всего этого ада накрыла её. Её тело выгнулось, затряслось, золотые кольца зазвенели хаотичным перезвоном. Она кончила.

Когда спазмы стихли, она рухнула на колени перед зеркалом, тяжело дыша, вся в поту, слезах и собственном позоре. Отражение показывало плачущую, разбитую девушку, усыпанную золотом, как дорогая, но сломанная игрушка.

Пэнси медленно поднялась с пуфика и подошла к ней. Она положила руку на её голову, как хозяин гладит собаку после выполнения трюка.

«Вот теперь ты завершена, — тихо сказала она. — Полностью. Теперь каждый сантиметр тебя говорит о том, кто ты. И кому принадлежишь. Запомни это чувство. Запомни это отражение».

Гермиона не ответила. Она могла лишь смотреть сквозь слёзы на свои новые золотые украшения, сверкающие в свете лампы. Они были не просто металлом. Они были кандалами. Самыми изощрёнными и болезненными кандалами, какие только можно было придумать. И ключ от них был не у неё.

Она была не просто рабыней. Она была драгоценностью в коллекции, инкрустированным экспонатом, вещью, которая даже в своём падении

Порно библиотека 3iks.Me