Белоснежка нового века- Читать онлайн

Это было просто: он оставил её одну, и теперь на ней лежала вся вес этой семьи.

После его ухода Джин провела три дня, не плача. Она кормила, переодевала, ходила в компанию, где все делали вид, что ничего не произошло. Но на четвёртый день, когда она была в машине и чиновник по радио сказал что-то глупое, она просто сломалась. Просто разрыдалась, как никогда в жизни, и водитель был испуган, и её руки тряслись, и она не могла остановиться.

Джеймс нашёл её в кабинете, свернувшейся на кресле, совершенно разломанной.

Он ничего не сказал. Просто сел рядом, взял её голову себе на плечо, и она плакала там, пока не кончились слёзы.

— Я не могу это делать одна, — шептала она снова и снова. — Я не может.

И Джеймс говорил:

— Ты не одна. Слышишь? Ты никогда больше не будешь одна.

Понадобился месяц, чтобы она поняла, что это правда. Что она может стоять. Что вес, который давил на её плечи, был частью её теперь, и она больше не сломается под ним.

Но боль оставалась. Боль от того, что человек, которого она выбрала, не смог выбрать её.

Ночью она лежала рядом с ребёнком и касалась его щеки пальцем. Его дыхание было спокойное, его лицо было мирное. Это было существо, которое не просило быть рождённым, которое не просило иметь отца, который будет прячься от его любви.

“Я дам ему то, что он заслуживает”, — клялась она в темноте. — “Даже если я сама буду расползаться на части”.

Но её удивило, что она этого не делала.

Глава 26. Пространство

Первые две недели без Роберта дом казался больше, чем был.

Это звучало абсурдно — в этих стенах жили трое взрослых людей и ребёнок, скоро будет четверо. Но Роберт занимал пространство не физически — энергетически. Его отсутствие ощущалось как вынутый несущий камень из стены: стена стоит, но что-то в ней изменилось, и ты это чувствуешь каждый раз, когда проходишь мимо.

Джеймс стал мягче. Тише. Он готовил по вечерам, ставил музыку, учил Джин играть в карты — не по-настоящему, просто так. Кай занимался домом с удвоенной силой: чинил, красил, переставлял мебель. Как будто физический труд был его способом переработать потерю.

Джин работала. Роберт ушёл из дома, но не из её головы — и она выталкивала его оттуда единственным способом, который знала: делом.

Пока животный рос, она записалась на заочный курс MBA. Финансы, управление активами, стратегическое планирование. Она читала учебники по ночам, когда Эван засыпал. Заполняла таблицы. Смотрела вебинары.

«Роберт учил меня финансам как хозяин учит служанку — показывая ровно столько, сколько нужно для работы. Теперь я учусь сама. По-настоящему».

Джеймс помогал — с переговорами, с деловой риторикой, с тем, как читать людей за столом. Кай учил её другому: дисциплине, системности, умению не ломаться под давлением. Он никогда не объяснял это словами — просто был рядом, и этого хватало.

Но что-то в их треугольнике было неустойчивым. Джин чувствовала это, не умея назвать.

Однажды ночью Кай сказал:

— Нам нужен кто-то ещё.

Джин посмотрела на него в темноте.

— Я имею в виду — в компанию. В дело. У нас не хватает... молодой энергии. Человека, который мыслит иначе. Роберт был стратегом. Но стратег стоит на месте. Нужен тот, кто видит вперёд.

Джин молчала.

«Он говорит о деле. Или о чём-то ещё?»

Глава 27. Лукас

Роберт ушёл в четверг, когда ребёнку было три месяца.

Не неожиданно. Были знаки. Джин видела их, но не хотела смотреть. Так же, как видишь трещину в потолке, но надеешься, что она не будет расширяться.

Это началось с малого. Он позже приходил с работы. Потом встал спать в кабинете. Потом начал говорить меньше. Джин обычно была истощена к вечеру, и она подумала: может быть, ему просто нечего мне сказать. Может быть, я скучная. Может быть, она молодая мать, которая пахнет молоком и какашками младенца, и он это видит каждый день, и ему надоело.

Но конечно, дело было не в этом.

Это было в том, что Роберт не знал, как любить что-то, что не был он. Или может быть, он знал, но это требовало отказать себе, и Роберт никогда в жизни себе не отказывал.

Он пришёл в спальню, когда она кормила. Малыш был у груди, и Джин была в старой рубашке Джеймса, в штанах для сна, с волосами, собранными в грязный пучок. Она смотрела вниз, на лицо сына, на его сосущие щёки, на его закрытые глаза.

— Мне нужно с тобой поговорить, — сказал Роберт.

Голос его был другим. Не холодным. Просто отстранённым. Как голос человека, который приговорил себя к чему-то и решил это принять.

Она закончила кормить в молчании. Положила малыша в люльку. Медленно поправила рубашку. Потом повернулась к Роберту, и её сердце было уже закованы в ледяной панцирь.

— Я ухожу, — сказал он.

Это были самые простые слова из всех, которые он когда-либо произносил. И самые разрушительные.

Джин не спросила, куда. Не спросила, надолго ли. Не спросила, вернётся ли он. Её тело было холодно.

— Почему? — услышала она собственный голос, такой тихий, что он едва услышал.

Роберт повернулся к окну. Манхэттен был внизу, огромный и равнодушный.

— Я не знаю, как быть его отцом и твоим... — он остановился. Потом добавил: —. ..и быть собой.

Джин почувствовала, как что-то внутри разрывается. Не мелко. Не с болью. Просто по-тихому, как когда рвёшь ткань, которая уже истёрта годами.

— Это не моя работа, — сказала

Порно библиотека 3iks.Me