Свет сквозь трещину. Часть 4- Читать онлайн

моралью и собственным страхом, если всё время ждать "подходящего момента".

Подходящего момента не будет.

Будет либо выбранный шаг, либо медленное гниение на месте.

Она вышла в Подольске, дошла до дома, поднялась по лестнице, открыла дверь. Мать сидела на кухне и чистила картошку. Лампадка горела. Радио бормотало что-то о ценах и погоде.

Лена поставила сумку у стены.

— Мам, - сказала она. - Нам нужно поговорить.

Мать не подняла головы.

— Нам не о чем.

— Есть о чём.

— Если опять про это - не начинай. Я тебя не благословлю на погибель.

Лена подошла ближе.

— Я не прошу благословения.

Мать резко отложила нож.

— Тогда чего ты хочешь? Чтобы я признала это нормой? Чтобы села и спокойно слушала, как моя дочь позорится?

— Я хочу, чтобы ты поняла одну вещь, - сказала Лена. Голос у неё был удивительно ровный. - Я не буду лечиться от того, чем не больна. Не буду каяться за то, что никому не причинило зла. И не буду жить так, чтобы тебе было удобно считать меня правильной.

Мать встала.

Лицо у неё побелело, руки были в картофельной влаге.

— Значит, всё. Ты выбрала.

— Да.

— Её?

Мать вдруг села обратно на табурет, как будто силы ушли разом.

— Лен, ну скажи, что это пройдёт, - проговорила она тихо. - Ну скажи мне хоть что-нибудь, за что я смогу зацепиться.

Лена молчала.

И именно это молчание мать, наверное, и не вынесла.

Вопрос прозвучал не как вопрос о человеке. Как вопрос о стороне. О лагере. О вероотступничестве.

Лена помолчала.

Потом сказала:

— Себя.

Мать ударила её.

Не сильно. Ладонью по щеке. Но этого хватило, чтобы время на секунду остановилось - не от боли, а от ясности. Есть пощёчины, после которых человек уже никогда не сможет объяснить себе чужую жестокость любовью.

Мать сама, кажется, испугалась.

— Господи... - выдохнула она.

Лена прижала пальцы к щеке. Глаза у неё были сухие.

— Вот теперь всё, - сказала она.

Повернулась, ушла в комнату и закрыла дверь.

Через час она вышла с чемоданом.

Не с огромным, не театральным. Старый, серый, на колёсиках, с заедающей молнией. В него поместилось не так много: несколько свитеров, книги, тетради, документы, зарядка, бельё, зубная щётка. Вся предыдущая жизнь удивительно легко складывается в один чемодан, когда оказывается, что жить в ней больше нельзя.

Мать стояла в прихожей и смотрела так, словно не верила в материальность происходящего.

— Куда ты пойдёшь? - спросила она.

— Найду куда.

— Ты ненормальная.

— Возможно, - сказала Лена. - Но не в том смысле, в каком ты думаешь.

Мать вдруг сделала шаг к ней.

— Подожди. Не дури. Ночью куда? Вернись в комнату. Утром поговорим.

— Мы уже поговорили.

— Ты мне жизнь ломаешь, - прошептала мать.

Лена закрыла глаза на секунду.

Вот оно. Не "мне больно", не "я боюсь тебя потерять", не "я не понимаю, но люблю". Нет.

Ты мне жизнь ломаешь.

Та самая фраза, после которой дети навсегда становятся у родителей виноватыми не за зло, а за собственное отдельное существование.

— Нет, мам, - тихо сказала Лена. - Это не я.

Она вышла, не хлопнув дверью.

На улице шёл мелкий сухой снег. Фонари стояли в туманных ореолах. Чемодан скрипел по асфальту нелепо и жалобно. Лена дошла до остановки, села на скамью и вдруг поняла, что ей некуда идти по-настоящему. Есть Оля с комнатой в общежитии, есть дальняя двоюродная тётка в Мытищах, есть гостиницы, если хватит денег на пару ночей. Но дома - нет.

И всё же внутри, под страхом, под болью, под адреналином этого почти побега, уже поднималось что-то упрямое и ясное.

Не отчаяние.

Свобода и есть.

Та самая, которую всегда обещают красиво, а приходит она сквозняком, побитой щекой и чемоданом на остановке.

Лена достала телефон.

Долго смотрела на экран.

Потом написала одно сообщение:

Мне больше некуда возвращаться домой.

Отправила.

Ответ пришёл через минуту.

Стой там. Я еду.

Лена перечитала эти три слова несколько раз.

И впервые за весь день позволила себе закрыть глаза не от боли, а от облегчения.

Порно библиотека 3iks.Me