Транзит: из пацана в шлюшку (Часть 5)- Читать онлайн

меня своими пустыми, как пуговицы, глазами. -Уже мокрая. Готова работать. Не надо даже учить.

Она отпустила мои волосы и, прежде чем я успел что-то сообразить, плюнула. Не в лицо. Прямо мне на оголённый, дрожащий член. Тёплая, густая слюна растеклась по коже, смешиваясь с остатками преэкулята. Это был не сексуальный жест. Это был акт метки, примитивный и окончательный, как собака, метящая территорию.

— Хорошая девочка, -прошипела она, и её рука грубо шлёпнула меня по голой заднице ещё раз, на этот раз оставляя не просто боль, а жгучее, унизительное жало. -Теперь все знают, чья ты. Наша. Иди, мойся. Скоро первый клиент. Кхан сказала -особенный. Любит... новичков. И любит, когда они плачут.

Она оттолкнула меня в сторону душа. Остальные, хихикая и переговариваясь, стали расходиться, как зрители после короткого, но захватывающего представления. Кто-то бросил в мою сторону смятый полотенцем комок грязного белья -уже не для стирки, а просто, чтобы ударить.

Я стоял, дрожа, с опущенными трусами и юбкой, с липкой, остывающей смесью слюны и собственной смазки на коже, с горящими щеками и пустотой внутри. Преэкулят высыхал, оставляя стягивающую плёнку -физическое напоминание о том, как моё собственное тело подтвердило мой новый статус. Готовый продукт. Немного испуганный, немного сломленный, но уже физиологически подготовленный к использованию.

«Первый клиент. Особенный. Любит, когда плачут».

Эти слова повисли в душном воздухе комнаты не как угроза, а как расписание. Первая смена на новом конвейере. И слёзы, которые я хотел пролить минуту назад, теперь казались не признаком отчаяния, а просто частью рабочего процесса, которую от меня будут ждать.

Я ждала. Дрожа от адреналина и унижения, я притворилась, что покорно ковыляю к душу, сдергивая с ног опозоренные трусики. Вода хлестала, скрывая звуки. Но я не мылась. Я стояла за занавеской, слушая, как грубый смех смещается, как они начинают заниматься своими делами -кто-то красил ресницы, кто-то курил у открытого окна.

И она, бразильянка -та самая, с лицом, вылепленным, казалось, из тёмного шоколада и ярости, -направилась к душам. Я раньше не решалась даже мысленно описать её, будто боялась дать ей определение, сделать реальной. Но сейчас я видела всё. Её красота была агрессивной, почти зловещей. Гладкая, цвета тёмного мёда кожа, длинные, иссиня-чёрные волосы, собранные в беспорядочный, но идеальный пучок. Черты лица -смесь индейской скульптурности и африканской мягкости: высокие скулы, полные, насмешливо изогнутые губы, тёмные глаза, в которых всегда плескалась усмешка. Её тело было произведением искусства в этом аду: невероятно узкая талия, резко переходящая в крутые, накачанные ягодицы, которые она всегда демонстративно выпячивала. И её грудь -большая, упругая, очевидно, работа дорогого хирурга. Она носила имя Кармен, и ходили слухи, что раньше она была танцовщицей в Рио, пока не влипла в долги не тем людям.

И была ещё одна деталь, которую все видели, но не обсуждали вслух, когда она была рядом: её член. Он не скрывался, он был частью её устрашающей ауры. Большой, толстый, тёмный, всегда полувозбуждённый, будто в постоянной готовности к действию. Он казался непропорционально огромным на её в остальном женственном теле, словно оружие, которое она не собиралась прятать.

Она скинула халат и направилась к свободной кабинке, её идеальная попа двигалась с вызывающей уверенностью. В руках у неё были те самые вонючие стринги -розовые, кружевные, пропахшие потом и чужими выделениями, которые она бросила мне для стирки.

Это был момент. Её момент. И мой.

Когда она проходила мимо, повернувшись спиной, чтобы наклониться и включить воду, я выскочила из-за занавески. Не крича. Без звука. Вся моя ярость, месяцы покорности, унижения от Рамона, цинизма Кхан и вот этого, только что пережитого позора, сконцентрировались в одном движении.

Я взлетела на неё, как дикая кошка. Не умею драться, никогда не умела. Но я впилась пальцами в её мокрые от влажного воздуха волосы и со всей силы впечатала её лицо в мокрую кафельную стену. Звук был глухим, влажным. Она ахнула от неожиданности, а не от боли.

— Сука! -вырвалось у неё на португальском или испанском, она резко вывернулась. Её сила была чудовищной. Она была не просто сильной -она была атлетичной. Её руки, обхватившие мои бёдра, подняли меня, как перышко, и швырнули на скользкий пол.

Но я не сдавалась. Это была не драка за победу. Это была борьба за самоуважение, пусть на пять секунд, пусть обречённая. Я вцепилась ей в грудь, не царапая, а сжимая, пытаясь причинить боль, а она отвечала шлепками -не по лицу, а по бёдрам, по заднице, по спине. Звонкие, унизительные, но не калечащие. Её член, этот огромный, тёмный ствол, волочился по моему животу, и от этого соприкосновения, от этой близости в бою, по мне пробежала волна отвратительного, запретного возбуждения.

И самое ужасное -я увидела, что и в её глазах, полных ярости, мелькнуло нечто похожее. Её член, и без того внушительный, напрягся, стал твёрдым, как камень, прижимаясь к моей лобковой кости. Мы катались по мокрому, холодному полу, две полуженщины, полузверя, сцепившиеся в странной, похотливой схватке. Я пыталась кусать, царапать, но мои усилия были жалкими. Она отвечала сокрушительными, но контролируемыми захватами, оставляя на моей коже синяки -метки, но не раны.

В какой-то момент она перевернула меня на живот, прижала лицом к полу, села верхом на мои бёдра. Её потный, горячий живот прилип к моей спине, а её огромный, пульсирующий член упёрся между моих ягодиц, не проникая, а просто утверждая своё присутствие. Я выла от

Порно библиотека 3iks.Me