Невероятно прекрасная задница Парвати и Гермиона Грейнджер (Полная версия)- Читать онлайн

это так понравилось».

И почему? Ответ, ужасный и освобождающий одновременно, пришёл сам собой, когда она попыталась проанализировать свои ощущения.

Когда её язык погружался в ту тёмную, табуированную глубину, весь шум в её голове — тревоги, амбиции, планы — стихал. Затихал полностью. Не оставалось ничего, кроме чистого ощущения. В эти моменты она была не Гермионой Грейнджер, самой умной ведьмой. Она была просто существом, исполняющим примитивную функцию. И в этой потере себя, в этом отказе от контроля, было дикое, пьянящее освобождение. Это был единственный способ по-настоящему выключить свой беспокойный, вечно работающий разум.

Кроме того, был контраст. Между её острым, аналитическим умом и её гордостью, разбитой в прах простой физиологией. И то, что объектом была Парвати, красивая, беспечная, не обременённая сложными демонами. Лизать её — было как причащаться к этой лёгкости, к этой бездумной, чувственной красоте, которую Гермиона в себе отрицала.

«Повторим?»

Слово висело в воздухе, как обещание и как приговор. Она знала ответ. Уже знала, ещё до того, как он оформился в мысль. В глубине души ответ был «да».

Мир перевернулся. И она, к своему ужасу и смутному, тёмному восхищению, не хотела, чтобы он возвращался в прежнее положение. Этот вечер положил начало её двойной жизни. Жизни, в которой днём она была безупречной Гермионой Грейнджер, а вечером могла на время стать кем-то другим — кем-то, кто находит покой и странное, извращённое наслаждение в самом немыслимом подчинении.

***

Ощущение было знакомым, почти ритуальным. Приглушенный свет лампы, тишина спальни, нарушаемая лишь шелестом страниц ­­— Парвати перелистывала модный журнал — и влажными, сдавленными звуками, доносящимися из пространства между ее бедер. Гермиона, все еще в своей аккуратной школьной форме, была погружена в свою темную службу. Ее «умный язычок» работал виртуозно, отыскивая знакомые точки, заставляя мышцы на смуглых ягодицах над ней то напрягаться, то расслабляться в немом стоне. Каждый ласковый толчок языка глубже, каждый круг, выписанный кончиком вокруг чувствительного бутончика, отзывался в ней самой низким, горячим гулом возбуждения. Она научилась скрывать его, сжимая бедра, но подавить полностью уже не могла. Это стало частью ритуала — ее тайное пламя, разгоравшееся в унизительной темноте.

— Знаешь, тут что-то не так, — голос Парвати, слегка запыхавшийся, прозвучал, прерывая монотонное жужжание ее мыслей.

Гермиона замерла, не отрываясь.

— М-м? — пробормотала она, губами, прижатыми к ее коже.

— Нечестно как-то, — продолжила Парвати, слегка приподняв бедра, давая ей понять, что можно отстраниться. — Я тут... вся открытая. А ты — будто на деловую встречу собралась. Как будто твое тело даже не участвует. Только этот твой хитрый язычок. Несправедливо.

Гермиона отползла назад и села на пятки, смущенно отряхивая колени. Ее форма действительно казалась сейчас абсурдным, ханжеским костюмом на фоне совершенной наготы Парвати.

— Я просто... не думала об этом, — слабо соврала она.

— Подумай теперь, — Парвати перевернулась на бок, подперев голову рукой. Ее взгляд был спокойным, но неумолимым. — В следующий раз раздевайся. Полностью. Иначе... ну, ты поняла.

Угрозы не было. Был простой выбор, который не оставлял выбора. Гермиона кивнула, чувствуя, как под грудью заходится что-то холодное и горячее одновременно.

И вот, в следующий раз, она стояла посреди комнаты, и ее пальцы отказывались слушаться. Пуговицы на блузке казались крошечными, коварными ловушками. Она ощущала на себе взгляд Парвати, которая уже сидела обнаженная на краю своей кровати, ожидая. Каждый сброшенный предмет одежды был маленькой смертью. Наконец, сняв последнюю нитку хлопкового белья, она застыла, скрестив руки на груди, пытаясь укрыть и скромные груди второго размера, и аккуратный, вьющийся треугольник на лобке.

Парвати смотрела не торопясь. Ее глаза скользили по ее стройной фигуре, тонким плечам, изящным изгибам талии и бедер.

— Ну вот, — наконец произнесла она, и в ее голосе прозвучало неподдельное, теплое одобрение. — Вот это уже честно. И знаешь, Гермиона, ты очень милая. Изящная. Тебе правда нечего стыдиться.

Слова, сказанные просто, без насмешки, сняли первый, самый острый слой стыда. Гермиона медленно опустила руки, позволяя воздуху комнаты коснуться всей ее кожи. Она чувствовала себя невероятно уязвимой, но и... замеченной. Принятой.

Ритуал продолжился, но теперь все ощущения удесятерились. Трение ее собственных сосков о ткань покрывала, когда она припадала лицом между ягодиц Парвати. Чувствительность всей кожи, откликающейся на каждый вздох, каждое движение тела под ней. Она вылизывала ее с каким-то отчаянным усердием, будто ее нагота была не условием, а новым инструментом для служения.

Когда она закончила и отвалилась на бок, тяжело дыша, Парвати повернулась к ней. Ее взгляд, скользнув вниз, задержался между бедер Гермионы. На ее губах появилась мягкая, понимающая улыбка.

— Я вижу, тебе это приносит удовольствие. Огромное, — констатировала она. — Ты вся горишь.

Гермиона попыталась сомкнуть ноги, но было поздно. Дрожь возбуждения, влажность — все было явно.

— Я... это неконтролируемо, — пробормотала она, глядя в пол.

— Я хочу, чтобы ты кончила, — сказала Парвати прямо, ее голос был низким и чуть хриплым от только что испытанного наслаждения. — Ты заслужила. Но... — она сделала театральную паузу. — Только если ты сделаешь одну вещь. Избавься от этого.

Ее палец легким движением указал на лобок Гермионы.

Ледяной ужас смешался с пьянящим жаром в жилах Гермионы.

— Нет, — выдохнула она. — Это... вульгарно. Так делают только... — в ее голове всплыли образы из неприличных журналов, которые иногда находили в мужских общежитиях.

— Так делают женщины, которые не боятся своего тела, — поправила ее Парвати. — Чисто, аккуратно,

Порно библиотека 3iks.Me