Невероятно прекрасная задница Парвати и Гермиона Грейнджер (Полная версия)- Читать онлайн

по-взрослому. Или тебе нравится оставаться маленькой девочкой с кудряшками, когда твой язык делает со мной такие взрослые вещи?

Фраза ударила в самую точку. Гермиона сглотнула ком в горле. Ее плоть пульсировала, требуя, умоляя о разрешении, которое держала в своих руках Парвати. Это было невыносимо.

Не говоря ни слова, Гермиона потянулась к палочке на тумбочке. Ее рука дрожала, но воля была стальной. Она не произносила заклинание вслух. Просто четкая мысленная форма, безупречное движение запястья. Легкое серебристое сияние, похожее на лунный свет, скользнуло по ее коже, сопровождаемое странным, щекочущим ощущением полного исчезновения.

Она посмотрела вниз. Теперь там была абсолютно гладкая, бледная кожа. Ничего, что могло бы скрыть или приукрасить. Чистая, уязвимая. Чувство было шокирующим и освобождающим одновременно.

Парвати улыбнулась — широко, одобрительно, и в ее глазах вспыхнул азарт.

— Прекрасно. Теперь иди сюда.

Она спустилась с кровати и села на самый ее край. Ее ноги, смуглые и гладкие, стояли на прохладном деревянном полу. Затем она выпрямила правую ногу вперед, так что она легла на пол прямой, упругой линией, от таза до кончиков пальцев. Левая осталась согнутой, ступней на полу.

— Можешь использовать мою ногу. Если, конечно, хочешь.

Предложение, произнесенное спокойным тоном, повисло в воздухе самым непристойным образом. Кончить, потершись о голую ногу. Это было примитивно до оскорбления. Гермиона стояла, охваченная вихрем стыда и всепоглощающего, влажного желания.

— Гермиона, — голос Парвати был мягким, но в нем звучала непреклонность. — Ты же хочешь?

И да. Она хотела. Отчаянно.

С глухим, сдавленным всхлипом Гермиона опустилась на колени на пол, лицом к вытянутой ноге. Она оказалась над ней, ее колени по обе стороны от смуглого бедра. Она замерла, глядя на гладкую кожу, на которую сейчас должна была опуститься самая интимная часть ее тела. Затем, зажмурившись, она медленно опустила таз.

Первое прикосновение было шоком от контраста: ее пылающая, нестерпимо чувствительная плоть коснулась прохладной, твердой поверхности голени. Она вздрогнула и издала короткий, хриплый звук. Это было неудобно. Угол был странным, нога лежала слишком низко. Она приподнялась на коленях выше и снова опустилась, уже найдя более устойчивое положение, сильнее прижавшись.

На этот раз волна ощущений прокатилась по ней, затуманивая зрение. Она инстинктивно подняла взгляд. Ее глаза встретились с грудью Парвати — полной, высокой, с темными, набухшими сосками, которые, казалось, дразнили ее. Затем она подняла взгляд еще выше и увидела лицо Парвати. Та смотрела на нее пристально, с глубоким, почти научным интересом и легкой, одобряющей улыбкой. Этот взгляд, спокойный и веселый, стал последней каплей.

Гермиона начала двигаться. Сначала робко, просто потираясь о гладкую кожу. Но с каждым движением нужда росла, становясь всепоглощающей. Она наклонилась вперед, и ее бедра заходили в более широком, животном ритме. Трение стало интенсивнее, она искала и находила нужные точки, давя на них всем весом, вращая тазом. Ее дыхание превратилось в серию громких, прерывистых всхлипов. Она не отрывала взгляда от Парвати, черпая в ее спокойном, властном присутствии разрешение на это абсолютное падение.

Ощущение собиралось в тугой, раскаленный шар где-то в глубине. Мир сузился до точки трения и до темных глаз, наблюдавших за ней.

— Да, вот так, — прошептала Парвати, и ее слова стали спусковым крючком.

Оргазм накатил с сокрушительной, грубой силой. Гермиона вскрикнула — глухо, отчаянно, ее тело выгнулось в неестественной, судорожной дуге. Спазмы наслаждения сотрясали ее, заставляя бешено, конвульсивно тереться о неподвижную ногу. Белый свет взорвался у нее за веками, поглотив все мысли, весь стыд, оставив только чистое, ослепительное потрясение. Казалось, это длилось вечность.

Когда сознание медленно возвращалось, она все еще сидела на коленях, вся дрожа, прислонившись лбом к бедру Парвати. Между ее бедрами и смуглой кожей голени была липкая, теплая влага. Следы ее экстаза.

Парвати не двигалась несколько секунд, давая ей прийти в себя. Потом она медленно вытащила ногу из-под Гермионы и поднял ее, согнув в колене, чтобы разглядеть. Кожа от колена до щиколотки была покрыта блестящим, прозрачным слоем.

— Посмотри, как ты наследила, — сказала она беззлобно, даже с оттенком гордости, как хозяин, наблюдающий за хорошо выполненной, но грязной работой питомца. — Теперь прибери. Начисто.

Гермиона, все еще в эйфории и опустошении после оргазма, смотрела на блестящую кожу. Стыд нахлынул новой, жгучей волной. Но глубоко внутри, под ним, шевельнулось нечто другое. Искра. Тлеющее возбуждение от этого нового, практичного унижения. Она должна была вылизать свои же соки.

Молча, движимая инерцией покорности, Гермиона переменила позу. Она опустилась на четвереньки перед ногой Парвати, затем наклонила голову. Ее собственная спина и задница при этом выгнулись, поднявшись вверх в уязвимой позе. Первое прикосновение языка к собственной влаге на чужой коже было шоком. Вкус был знакомым, но в этом контексте — невероятно похабным. Она принялась лизать, методично, как существо, лишенное гордости, проводя языком по всей длине голени, собирая каждую каплю. Кожа под ее языком была прохладной и гладкой. Унижение было полным, огненным. И да, это снова зажгло в ней тлеющий уголек. Ее только что удовлетворенная плоть отозвалась слабым, предательским сжатием.

Именно это и сводило ее с ума. Динамика. Легкомысленная, живущая сегодняшним днем Парвати, которая могла забыть о домашнем задании, но никогда — о новом оттенке лака для ногтей, так легко и непринужденно доминировала над ней, Гермионой Грейнджер — воплощением дисциплины, ума и амбиций. Она правила не через силу или угрозы, а через простые условия и через знание темных, влажных тайн тела Гермионы, которые та сама себе

Порно библиотека 3iks.Me